Правдивые сказки

Настоящего Индейца

Фрилавщик – 2 Или Д А О С С К А Я П Р А К Т И К А Или К И Т А Й С К И Е Ц Е Р Е М О Н И И или К О Р О Л Е В С К И Й Ж И Р А Ф

Когда Галочка снова поехала в Коломну, я уже был рабочим человеком.
Где-то через неделю после поступившего предложения поработать я наконец нашёл в себе силы проснуться пораньше, ну хоть около одиннадцати, чтоб поехать в клуб – сдаваться в очередной комбинат. Зато с какой гордостью скажет об этом Галка своей маме, утешал я себя. Это, кстати, не аллегория, мысль об этом на самом деле была основательной частью мотивов, побудивших меня завести мотор и поехать в сторону Лубянки, остальные же мотивы – раз уж подвернулось, стоит ли так вот сразу уклоняться. «Воин ничего не избегает, » – правильно напоминает мне воплощение моей музы. Нет, Джа свидетель – ощущения мои были точно такими же, как и, например, в 94-м, когда я впервые шёл на Таганку продавать газеты автомобилистам в пробке. Только теперь новый уровень игры – воин нашёл инструмент: Кобылу. Что-то там этот молодой и приятный человек говорил о возможной необходимости возить им воду…
В обширном офисе с чёрным мягким полом в углу за сдвинутыми столами с компутерами сидели интересная тоненькая девушка и седой дядечка с таким видом, что я засомневался – а может, он директор, а не Юрий?
Выслушав меня, дядечка позвонил и сообщил мне, что нужно подождать. Так может, я сам к ним спущусь? Нет, что вы, ни в коем типа случае – у них там чайная церемония!
Ну что ж, подождал я с полчаса, так и сяк устраиваясь на дюралевом стуле и пялясь на стены и скользяще на герлу. Наконец (я её понимаю – мало ли тут хуеплётов, вроде меня, ошивается) элегантно-корректно-приветливая Неля (жена Юрия) появилась в офисе, чтобы сообщить мне, что Юрия сейчас нет, но это неважно, работы полно. А вот как насчёт возить воду? – поинтересовался я. Воду у нас возит Боча, у него, правда, бывают сбои, и тогда было бы здорово, если бы ты смог его подменить, но вообще-то у нас много и другой работы, например, резка шильдов, ну и вообще там. И начинать можно хоть завтра с утра, мы вообще-то начинаем в 10.
О-о-о, как божественно, что не прям сегодня. Последний вечерок на свободе, сперва по Москве покатаюсь, когда теперь ещё придётся, да и капусты б надо подрубить, чтоб задринчать потом с Галинкой по такому грустному случаю.
Вообще-то встать иной раз пораньше – всегда ништяк, особенно если в 5-6, магия утра, правда, зимой она в это время только в людях, в них прямо торжественность от того, как смело они борются с природой, а в 8-9 уже и натура начинает просыпаться, и суета людская становится будничной, бодрит уже только воздух и, если имеется в наличии, небо.
Работаем мы, довёл до моего сведения Юрий, с 10 до 7, а платить можем 100 в день. Да хоть раз в неделю, хоть каждый день, как хочешь. Я выбрал каждый день. И сразу обговорил: а что если, скажем, с 11 до 8, ну или так, примерно, плюс-минус? А позже договорился: а что если не каждый день, знаешь, иногда мне нужно потусоваться с «Титаником»…
Представляете ли вы, насколько это тонкий момент – получение денег у работодателя? И Юрий оказался на редкость деликатен в этом вопросе: стоило мне сказать «ну что, на сегодня вроде всё?», он сразу лез в карман или шёл к Неле. А вот с ней иметь дело было сложнее: обязательно нужно прямо сказать «ну как насчёт денег» и потом ещё минут десять подождать, как с компутером допотопной модели. Смиренно дожидаться – я проситель, она барыня.
Работа оказалась приятной – режь себе шильды  под Радио-101 и думай, о чём попало. Позже оказалось, что шильды бывают не каждый день, а нужно исполнить, например, зачистку помещения – в этом я ас, электровеник.  Насчёт шильдов же  Неля сказала мне пару раз со всей разученной деликатностью и врождённой морозной металличностью, что надобно стараться не ошибаться ни на долю миллиметра, после чего их стал резать опять лично Юрий. (Позже появился ещё один кандидат в резчики, но исчез после того, как его попросили помыть посуду).
В первый же рабочий день, когда мы перекуривали, я опознал Юрия: это же Кутузов, ёлы-палы! Прикол – я ему в прошлый раз, когда накуривались, ляпнул: Беляева? Трахнулись мы когда-то разик, но что-то не очень я ей понравился. У Беляевой одно время была фамилия Кутузова… неудобно даже как-то ( хотя – хоть по ком-то водными братьями с ним оказался, что всегда знамение)(11). И Мастера тогда вспоминали – был у меня в Питере друг, превратившийся в 88-м из оборванного звукооператора ЛДМ во взяткодателя, обналичивающего безнал. И позднее с ним в том же бизнесе (т.е. наебалове) стал крутиться молодой да ранний Кутузов. Мог ли я узнать в этом уравновешенном молодом человеке того охуевшего от немереных денег юнца, имевшего в общаге репутацию ресторанного кутилы и ёбаря всего, что… нет, не шевелится, но – достойно употребления. Да ещё и очёчки, и фэйс раздобрел. Не говоря уж о Китае-Индии – вот уж с чем с чем его образ и близко не мог у меня ассоциироваться – я думал, он вообще никогда не читал никаких книжек. Ну, это я думал правильно: читает Неля.
 На полке в углу клубного помещения оказались Кастанеда, Миллер, Довлатов, Успенский (про Гурджиева), можете продолжить джентельменский набор – не ошибётесь, разве что «Розу мира» я что-то не углядел (стоит отметить стоящие на другой полке, в центре зала, два тома Кобо Абэ – в качестве чисто декоративного элемента). В перекурах я с кайфом прочитал секс-эпизоды в «Сексусе» Миллера (их перечитывал даже неоднократно) и «Тантрический секс». Только не надо клеймить меня маньяком – ну шучу, а вообще почитал я и свежего (для меня) Раджниша, и американское пособие для менеджеров о руководстве коллективом.
В перекурах я читал потому, что Кутузов сразу объяснил мне, что Неля никому никогда и ни за что не даёт навынос. Со временем я всё же дозрел её проверить – попросил до завтра брошюрку Цветкова. Это такая типичная брошюрка целителя чи то экстрасенса – проштудировал я уже Малахова и Лазарева, любопытно с ещё одним умником познакомиться. Всё гадаю над секретом – как же это они наёбывают такие широкие слои потребителей чтива? (И горжусь, что сам читаю их принципиально на халяву, впрочем, пизжу, Малахова один раз купил, ну так то в подарок, в шутку).
Через пару дней собираюсь я домой и отыскиваю, где там мой Цветков, и тут наблюдающая за мной холодно, как Снежная Королева, Неля говорит:
-    Фил, кажется, ты попросил книжку на один вечер. (без вопросительного знака)
-   Нн…дык… не дочитал я её ещё, Нель, - и уже готовлюсь пояснить, что ведь только вот в метро и почитаешь, жизнь пошла – отработал и у койку.
-    Фил, ты понимаешь, - пауза, она сосредотачивается, я призван обратить всё своё внимание (и это, кстати, в сущности, верно – чем ближе мне человек, тем при непосредственном общении меньше информации я способен воспринять, мне постоянно говорят: Фил, ну я ж рассказывала, однако тут случай если и не прямо противоположный, то где-то всё же типа того), - мне вот - … - всегда, понимаешь - … - хотелось бы - … - чтоб если вдруг захотелось почитать что-нибудь из того, что я для себя выбрала - … - ну в общем, чтобы… я могла это почитать.
-    Так что, - я опешил, - что, нельзя что ли дочитать-то?
-    …
-    Н-да?…
-    …
-    Ммм, ну ладно, - и я положил злополучную книжонку.
-    Фил! - … - Ты ведь не здесь её брал?… Понимаешь (ну типа уже как саиб туземцу втолковывает), мне хотелось бы вот (прижав руку к грудной чакре), чтоб я знала, где лежит моя книжка, которую вдруг захотелось почитать.
Ай, спасибо, Неля, таких красивых диалогов я ещё не писал.

Уже на второй день Неля справедливо указала мне, над чем мне следовало бы как даосу поработать: например, научиться бесшумно закрывать ведущую в клуб железную дверь, как специально созданную для практики такого рода. Она даже продемонстрировала мне, что в принципе это достижимо. Сперва мне случалось всё же забывать об этом, но со временем я уже, не задумываясь, собирал воедино всю свою безупречность, прикасаясь к дверной ручке.
За дверью, как в компьютерной игре, сразу же располагаются ещё две западни для недо-даосов: перед носом появляется шар, задев за который, вызываешь мелодичные удары подвешенной к потолку деревяшки по висящим кругом неё металлическим трубкам, а для тех, кто и тут пробрался бесшумно, уже на входе в зал висит аналогичная, но керамическая хитроумная конструкция. Приятели, знающие меня лишь на уровне персонажа, ни за что не поверят, как непринуждённо научился я проскальзывать. При этом я ощущал себя скорее пружинистым индейцем, чем даосом.
Ещё Неля сразу научила меня, что секонд-хэнд кроссовки, подаренные мне Игорем (вот жалко только, что размер у него на 2-3 больше моего), надо не скидывать, где попало, а ставить вот на эту полочку. И я, даже когда забегал на минутку за ведром и сперва просто выскакивал по запаре из шузов, благо размер легко позволяет, потом всё же оглядывался на них и ставил на полку – ну его в пизду, трудно что ли, а спокойней.

Так вот, работка в основном была такая: восемь часов (я уж потом врубился подольше перекуривать) и не меньше, когда б я ни начал, таскать разного веса мусор с третьего этажа (шестого хрущобного) во двор на помойку. Или из подвала. Или из подвала на третий, или с третьего на второй, по-разному. В Коломне Галкина мама обычно запрягает меня перевозить разные разности с квартиры на дачу, с дачи в гараж, из гаража в квартиру, я только диву даюсь – как можно так легко ориентироваться в таком количестве потенциально полезного хлама. Когда я позже пробно съездил с Бочей за водой, после того, как мы потаскали 20-литровые бутыли от родника до дороги полкилометра да в горку, он спросил меня: «Ну как тебе даосская практика?» Вот примерно только так и оставалось мне относиться к своему новому положению.
Нет, случались и творческие занятия. Два дня я трудился над потолком в прихожей: Кутузовы решили пропилить в плитках его дырки, а над ними повесить лампочку – дизайн, любимое ими слово, подхваченное мною. Разумеется, каждое действие я предварял консультацией с Нелей, даже когда предлагал Кутузыч, я говорил: отлично, но давай спросим у Нели, и он с удовольствием соглашался, вы не представляете, какая медовая идиллия была у нас поначалу, каким я был послушным, а Кутузыч чутким. То есть я ещё и покрасил эти плитки, и заклеил дырки крашеной типа китайской бумагой (красно-жёлто-зелёной, конечно), и обработал края дырок напильником, форму же им я придал сугубо фаллическо-вагинальную, правда, один Боча конкретно в это врубился, позже я и сам приметил – в глаза не бросается.
Потом я занимался любимым нашим дизайном на третьем этаже в отстойнике, который мы решили превратить в кухню. (Надо отметить восхитившую меня манеру общения Кутузова – он всегда говорит: а давай вынесем мусор? Или: ну, сейчас нам надо помыть посуду, а потом, пожалуй…)
Ну так вот – стремянка  метров 5 в высоту и полметра в основании, и на двух самых верхних ступеньках я балансирую (а стремянка ещё и переваливается, как триггер), чтоб оставить валиком след на потолке, а ниже моих ног окно до пола и с 15-ти метровой высоты видно машины, жмущиеся к тротуарам узенькой улочки. Голубые разводы на потолке я объяснял: дизайн, и проканало в полный рост.
Впервые после шестого класса я уверенно работал рубанком, пилой (электро – ну какой же кайф!) и прочими примолотами. Но самый дэцел общего времени заняли такие кайфушки.

Чем я вдохновлялся? Кутузыч сказал, что скоро прибудет из Питера оборудование, и им понадобится технолог, я ведь не упоминал ещё, что клуб – для души, а офис – для её поддержки, артметаллографика, импортная технология, по качеству и себестоимости нет аналогов. Я умножил зарплату технолога на количество месяцев до лета и, в отличие от Христа искушаемого, виртуально продался со всеми потрохами. Позже Кутузов прояснил, что там необходимо быть ещё более тщательным, чем при нарезке шильдов, и я с облегчением забыл об этом искушении.
А вообще без выебонов скажу, что главным для меня было – попал в хорошую компанию. Плацдарм, вполне обещающий встречи с теми, с кем, возможно, знамение. И ради этого я готов был смиренно начищать унитазы – да хоть жопу подставить за отдельную плату.
На рынок вдруг (это когда я уже воду стал возить) попросили по ходу заехать. Не заехать, господа, а съездить. И таскать там мешки с картошкой-моркошкой, капустой, луком и т.д., туалетной бумагой, если интересно. В конце рабочего дня Неля даёт мне 100, «эъ» (это только в звуковом файле можно передать) вырывается у меня, и дальше я расшифровываю робко: «а бензин?», и она даёт ещё полтинник (трёшник на застойные деньги).
Ещё была приятная работа – несколько раз готовил жрачку. Поначалу на всех готовила уборщица всех офисов в этом здании. Первые дни я мужественно переминал во рту эту питательную субстанцию, а когда Кутузов закинул удочку, мол, может, типа и ты, Фил, покажешь, на что горазд как повар, я не сдержался:
-    Нну… не знаю, уставятся ли в ваш монастырь мои блюда, у вас тут, как я вижу (примечание: надо ли говорить, что Неля истовая вегетарианка?), рацион тюремный… - удачно щёлкнул мышью, все рассмеялись и потом повторяли. Потому что посудите сами: не только характерный запашок (кстати, мой сосед Петя порой варит себе именно так же пахнущую баланду – как им удаётся добиваться столь сходных результатов? Вероятно, нужно поварить капусту подольше, а потом пару раз разогреть), но и такое же, как на тюрьмушке, количество сиротливых кусочков картошки в подсоленном желтоватом кипятке. И кашка-размазня, по сравнению с зоной скащуха – можно масляк добавить и даже мёду. Зарплата 3 бакса за 8 часов (в Нью-Йорке в 75-м 3 бакса в час получали нелегальные эмигранты), зато ещё и харчи.                 
После перемещения кухни из подвала на третий этаж уборщица отказалась кухарить на такой верхотуре, и Кутузовы с облегчением отказались от лишних на неё расходов. Стали готовить сами, иногда бросая Надежду (колхидскую секретаршу) и моего седого тёзку на произвол собственной изобретательности или, на выбор, терпеливости, зато  когда всё же готовили, и специи стали применять ненавязчиво мной неоднократно поминаемые, и рыба появилась, а там и курица!.. забегая вперёд – в оконцовке Кутузов даже стал покупать вино к ужину, чем и зашкалил порог Нелиной  терпимости.


Ещё я вдохновлялся открытостью ко мне Кутузыча. Мне приглючилось, что если чё могу приволочь в это помещение на ночь кого угодно легко, на третий-то этаж – запросто, можно не подстраиваться больше под Коломну. Вот это кайфушки – можно хоть Каринку во вполне приличное место пригласить, хоть Ксению. Да хоть саму Олю, ебать-колотить, хуля? Севу пригласил для начала – и так мы с ним и с Бочей в качестве атрибута оттянулись, что он до сих пор всё никак не  забудет, ещё бы, столько травушки скурить. Сева с Бочей с одного взгляда полюбили друг друга, т.е. разумеется, не как гомики, не как я влюблён в Олю, а как – в «Титаник» в целом.
Правда, Боча вскоре разосрался с Кутузовыми (приводит друзей и поит чаем на халяву, краем уха расслышал я). И я стал ещё и водовозом, а Боча стал возить воду только в материнское заведение Здрастислава. Я ж ещё не объяснил, да? – всю эту байду затеял Здрастислав, года четыре назад, когда Миль только познакомил меня с «Титаником», а Галку сводил на шоу неподражаемого Здрастика. Здрастиславу Миль дал исчерпывающее определение: обыкновенный даосский сумасшедший. Ну да, а ученики зеркалят его каждый в меру своей кривизны, и получаются «сумасшедшие» не в наилучшем смысле слова, а в самых разных иных.
И вот Здрастик и определил, что единственная в Москве вода, подходящая для китайского чая, в Покровско-Глебовском роднике. А слово его почему-то(12)…  например, Боча объяснил мне, что Здрастик рекомендует в каждый бутыль класть камушек из родника – вода будет чувствовать себя дома. А Кутузовым, видно, не объяснил? В общем, спрашивает меня Неля, чё это за хуйня, а я ей: вот Здрастик говорит… А! Раз Здрастик говорит… Теперь спрашивают меня, ну где же камни – они их коллекционировать стали. А камушки, между прочим, надо из песка выкапывать на морозе… а раз я вместо камня бросил кусок глины (запарился, много пассажиров между клубом и родником было, уже темнело), и Неля не заплатила мне за этот бутыль, зажала ёбаный тридцатник. Да, господа, такие вот расценки установил им Боча (т.е. Боче Здрастислав) с его безразмерной «Нивой» – бакс за пузырь, если 15 пузырей, как Боча, да ещё и с бесплатным помощником (у Здрастика тусуются десятки бескорыстных адептов), это ещё, может, и интересно, но если 5 пузырей – вот можете ли вы представить себе частника, который просто согласился бы за 150 довезти эти пузыри от Лубянки до Волоколамки и обратно? Не говоря уж о даосской практике?
Я ведь вообразил почему-то в первый вечер, что попал туда, где тусуются ученики Здрастислава, которым если просто сказать, что нужно наводить порядок, почему-то не очень доходит, а если сказать: фэншуй, тогда да, вот это достойный мотив. Потом только понял, что тусуются они там лишь в качестве персонала-невидимок, а так вообще по жизни – ну кто может себе позволить испить чайку за тыщу рублей? Уж всяк не даосские стажёры. Бывают прелестные девушки за рулём БМВ и Мерсов, чем вы занимаетесь, девушки? – мы студентки. Бывают исполненные цивильности важные менеджеры. Но бывают и начинающие бандючки с лексиконом, как у Мишелькиных абхазских корешков.
Мильён слегка удивился, увидев меня запросто в клубе: «Фил, а ты тут в качестве кого?» – «Я послушник», - надеюсь, рассмешил я подслушивающих Кутузовых.
Зато как небрежно я говорю (да ещё года три при любых обстоятельствах буду говорить) пассажирам или знакомым: я работаю в клубе, не хуё-моё, это типа как бродячая дворняжка, обретающая ошейник. Или что говорить – писатель, что ли? Да я даже если им и стану, вряд ли когда в таком способе наебалова сознаюсь.
Нет, вот представьте: это ж охуенно так пожить – утром побудка, вы тут лодыри, а мне на работу, вечером притаскиваюсь умиротворённый, с честно заработанным стольником (а то и премию Кутузыч отстегнёт!), разменянным на заслуженное пивко. Это не то что – шнырял день, вечер, ночь, всё катит, охуел, выручил 600, на бензин 200, всё, Галочка, пиздец, ты как хочешь, а без водяры не упокоиться, не замолить их всех… ах, такое со мной было, Галочка, любимая, таких я видел!…
Галку я люблю как человека, а Лёлю – как себя.

Однако на тот период, когда я стал раздавать телефоны, Галка по знамению (чи расписанию), опять свалила к маме.
Так что когда я последовательно дозванивался то до Каринки, то до Ксюшы, я дрочил сперва по вечерам, чтоб заснуть, потом и по утрам, а когда Ксюша отослала меня раз пять, а Каринка раз десять, я дрочил уже по четыре раза в день, даже один раз на работе (обычный рекорд – пять, странный феномен, что с живой герлой так не бывает, разве что в первый раз, да и то не со всякой).

И вот знамение (псевдо, как потом выяснилось) – Каринка (опустим жуткие подробности переговоров с Ксюшей) говорит, что сегодня вечером наконец да, поедет она к парикмахерше, а от неё позвонит мне в клуб (разумеется, наебалово – ну сколько мне лет ?)
Я к тому времени от одиночества (и отсутствия компутера) стал бухать так, что даже обоссался раз ночью, и на свидание с Каринкой в клуб ехал в таком состоянии: вечером сам-на-сам нажрался (Ксюша мне тогда сказала: нет, ты осознай, Фил, что сегодня мы никак не сможем), под  утро проснулся охуевший и догнался, снова поспал и поехал – ждать её звонка.  

В тот год в Москве (так я буду вспоминать) был дефицит вина. Да, такой парадокс – даже при капитализме российские (неточно было бы назвать их русскими) подкожные рулевые умудряются так изъебнуться. Братишка мой водный Мишелька, ты ли не закорючка этой системы, вскармливаешь своё потомство на том, что довольно широким (захватывающим и меня) слоям населения приходится жрать водяру: сортов её уже десятки (или сотни? Этикеток-то), `вина же по доступной цене  - невиданный даже при сухом законе суррогат, как спецом, чтоб водку от греха подальше выбирали, да впрочем по цене с напрягом достижимой – лучше ненамного.
И таким образом мы, пользователи (13)  Бахуса, вынуждаемся платить вам, контрабандистам спирта случайного происхождения, а не охуевающим от безработицы (нет, ну как эти гнойные пидоры так нахимичили?) виноградарям.
Есть и цены королевского жирафа. Это термин, который я вспомнил в беседе за чаепитием тысячерублёвого (минимум тут 70 с двоих-троих, максимум тыща с лихуем с одного (14), а сколько нужно насыпать в чайник, я сколько ни расспрашивал, так ни разу и не услышал неуклончивого ответа) барского у-луна (однажды с утра они меня так прикололи, то есть я сам вовремя явился), беседа была о механизме ценообразования, а термин этот – любимый Инкин, без неё б я, может, и не вспомнил – нет, я на самом деле всё помню, но чтоб к месту и вовремя… Так вот, если кто не помнит, это из Геккельбери Финна, прибыльный номер Короля и Маркиза. На самом деле я потом целый день был на бодряках от этого у-луна, знаете, редко, но бывает – так любишь это небо, так всё заебись, и вроде ни с чего не прёшься тяжёлого типа бухла, а любишь всё тоньше и острее. Да и так, когда пробовал поработать чайханщиком, дозаваривал за клиентами эти у-луны – им же похуй, они раз пять-шесть заварили и пошли, а чай этот, бля, пацаны, в натуре, я не пизжу, можно заваривать раз 20, да хоть и 30, и он всё долбит, и всё по-новому. Потому что понт тут такой: чайничек маленький, его аж распирает завара, и её надо залить кипятком и сразу слить (передержишь – понт  потерян) в специальную чашку, из которой потом всем сразу разливается по напёрстку, сперва нужно хапнуть, а потом можешь ещё и понюхать – и действительно, даже на двадцатой заваре всё новые ароматы, не говоря уже о вкусах, которые очень-очень специфические. У китайского «Чёрного дракона», который я за 35 пачка купил на оптовом, вкус вообще-то похожий, но уже четвёртая завара мало отличается от кипятка. А вообще – я ж старый чифирист – попробовал я употреблять этот «Дракон» и пришёл к выводу, что Китай – ясно, однако не надо забывать и старую добрую Индию.
Это всё понятно, но при этом тысяча с человека… понятно, что есть такие люди, которые даже не станут пить чай, если дешевле, и вот это я назвал королевским жирафом.
Так вот, Мишелька, Сева открыл мне секрет: винчик по качеству не хуже королевского жирафа, только качество это гарантировано от консервантов и прочих буржуйских примолотов.
ЭЛЕКТРОЗАВОДСКАЯ, в переходе под электричкой МОЛДАВАНКИ, полтора литра 50 рублей.
Надо было видеть, как Сева говорил по-молдавански. Он, кстати, сказал мне, что даже стихи может сочинять только на молдавском, а по-русски не хватает.
Ну не волшебником ли, противостоящим всей этой вашей гавнокачающей системе, он оказался?
Всё та же система: по-корифански передаётся из рук в руки, прям как дхарма, информация о том, что там-то и там-то есть ништяк в этом лабиринте тотального наебалова.
В натуре ведь эзотерика. Только вторичная она какая-то: если б не тараканья активность сил тьмы, чем бы вообще заниматься силам света?

Это я к тому, что вином для гостий запасся. И каждый вечер говорил: ну и хуй с тобой, продегустирую сам. Как-то раз утром обнаружил, что майка, в которой я спал, пахнет изабеллой.

Давайте разберём образ Каринки, чтобы стало очевидным происшедшее дальше.
Вот есть у меня сейчас всегда перед глазами конкретный Петя, её фиктивный муж, через него она, потерявшая всех родственников при Ереванском землетрясении, прописалась и даже комнату на перспективу заимела. Т.е. всё это инициативы Валерика, а она такого Валерика себе нашла.
Сдавая нам по драконовской цене (мы пытались торговаться, хуй) комнату без телефона, холодильника, ТВ, с колонкой для горячей воды, техническое состояние которой так и ждёт знамения (прям как блядям своим, по работе подопечным), она утешала: Петя обычно или в больнице, или в наркологии. На момент съёма так и было. А вообще он охуенный бодрый мужичок ниже меня на голову и с хуем головы на три длиннее. Режим у него такой: просыпается в 6 (4 тире 8), и когда просыпаюсь я,  мои пивные бутылки в коридоре исчезают (я теперь специально собираю бутылки пассажиров Кобылы, и даже пару раз прельстился ради Пети: еду, вижу пузырь – хуля, останавливаюсь и цепляю), а в час тире три дня он уже в жопу пьяный и чаще всего мирно спит до условного утра, но порой и подхватывается в 5 тире 9 вечера, и тогда возвращается минимум с бланшем под глазом, а вообще обычно окровавленный. Единственный важный для меня его недостаток – запах, наконец я допёр: обрызгал Инкиным парфюмом его курточки и шубейки, после этого я сразу обнаружил, что он починил давно сломавшийся (мне ж похуй) спуск унитаза. А вообще так – ну вот кого выбрал бы в попутчики заезженный, пардон, Христос – Петю или Валерика?
На Пете записана фирма Валерика. Валерика мусора отпускают через три дня после повязки, а есть там ещё Вареник, которого отпускают через полчаса (переходящие суммы, надо думать, иные), и вот он-то и готов для переведения всех стрелок – знаете, в основном ведь люди, как Валерик, колеблются: Христос всё же или Люцифер?, а есть такие, которые даже не задумываются над такой хуйнёй: Лю`цифер (это ударение) и разве может быть иначе?!
Валерику легко оставить в казино сколько-то тыщ баксов, Каринка прётся по Персидским заливам и Гибралтарам, и приходит ли им в бестолковку хоть когда-то ну хоть мешок картофана Пете подогнать? Якобы – Вареник такие движения пресекает. Заебись отмазка.
Привёз я Пете ч/б телевизор со 2-й Владимирской, стоит он несколько дней на кухне, на кровати, которую я притащил для гостей (были уже: Сева и т.д.) с помойки, рядом разложено штук 20 ламп и развёрнутая книжка «Гоноровский. Радио технические цепи и сигналы». Куда там Валерику с его примитивным казино. А ещё дней через пять – работает ящик!
Может, ещё образ Ксюши разобрать? Успеется.

В общем, Джа просто обязан был одёрнуть меня: куда ты лезешь(15)?  Опомнись! Влёгкую, как вы сейчас увидите. А как только я выправил курс, сразу поощрил.

Итак, происшествие – вообразите Лубянскую площадь, и представьте, что вы поворачиваете, проехав (из Новогиреево) Солянку, «Лётчик Джао-Да» и т.д., и нужно почти сразу сквозь шесть-восемь рядов повернуть в арку направо.
Тихо ползу, как обычно, и вдруг с ужасом наблюдаю – ебанутая шестёра, не сигналя, не мигая фарами и даже не снижая скорости, втыкается в мой правый бок. Антизнамение! – или вы полагаете, что это в порядке вещей?

Дальше я повёлся…
Из шестёры выскакивает хачик, мигом и мусора из стоящей у метро патрульной машины, и – был такой момент! Как-то там перетёр он с ними с глазу на глаз, ну, в общем, они заявляют, что виноват я. Пусть так, но позже я догнал – если я и виноват, только в бампере (350), вмятина же на его крыле сантиметров на 15 выше моей вмятины на двери. Развели они меня тем, что от тебя запах и поехали на экспертизу, а у меня на кармане шишечка спецом для Каринки.
На протяжении всех разборок в машине пела Лёля.
В общем, мою Кобылу оставили на Лубянке, права мусорам, и дальше я наслаждался, какой кайф, когда не ты везёшь, а тебя. Заплатил за этот кайф 70 грин (посчитали в автосервисе), у  Инки спиздил из копилки. Больше всего меня расстраивало, что как раз в арке возле клуба, в которую я пытался завернуть, базируются бляди, на которых я уже столько раз, возя воду, облизывался, даже спросил у мамки – от пятидесяти до ста, в общем, за 70 такую можно было б купить на всю ночь – куда там армянски кумекающей чё почём Каринке.
Я, конечно, стараюсь относиться к таким эпизодам, как гусар к карточному долгу – стараюсь, но естество моё проболело-таки весь следующий день, не говоря о ночных кошмарах.
 
Но жизнь продолжается, и я поехал к Игору в Зелёнку, чтоб хоть задняя дверь открывалась. Купил шпаклёвку и исполнил всё, что полагалось, у него на работе, в тёплом гараже, а он по ходу движок мой лишний раз регульнул. А покрасить, решил я, всегда успеется.
Говорили мы с ним всю дорогу о ебле, о чём же ещё, к рокенролу он уже поостыл, а травушку курить надо, а не говорить о ней. Он рассказал мне про какого-то своего приятеля, который выезжает из Зелёнки на Ленинградку и покупает минет за всего лишь 300 (или 500? Или не помню, или он гиперболизировал). А поскольку он только что вмазался, он никак не может кончить, и ему сосут все по очереди, под конец даже мамка, в оконцовке же он просто ебёт мамку, причём без приплаты.
Всё это с намёком: на такое такой знаменитый скупердяй, как ты, ни в жисть бы не потратился, так что гуляй, Вася, жуй опилки, шпаклюй.

Только выезжаю я от Игора, он ещё мотор в своём Мерсе прогревает, - тормозит меня бабища, ну типа торговки с рынка, и парит мозги, то ли 14-й район ей нужно, то ли 10-й, при этом комкает два чирика, которые позже волшебно растворились. И по ходу лопочет, какой я красивый, а потом кладёт руку мне на хуй и начинает поглаживать. Стыдно признаться, но это ж не я, а персонаж, и вот он тоже не удержался, чтоб не положить руку на район её пизды, мимоходом, но она так завелась, аж с управлением Кобылой проблемы возникли, мол, едем ко мне.
И дальше уже мистика, гипноз, цыганки. Гипноз прямо как с мусорами и азером на днях – вижу, что сосут, а не могу противиться. Подъезжаем к её дому, вижу ведь, что тропинка, а не дорога, но, понуждаемый, ведусь и наглухо застреваю. Дальше продолжаю слушаться её, глушу движок, закрываю за ней дверь, но торможу со своей – мороз, ключ не вставляется, - и тут она уже исчезает в подъезде, и пелена спадает. Как раз парнишка заводит шестёру, я прошу его вытолкать меня, не сразу нам это удаётся, но наконец – свобода и хуй уж там с двадцатником.

Ленинградка.
Тормозят две яркие тёлки. Поддатые, весёлые.
Выясняется – проститутки. Вот они, милые!
Одна едет к клиенту, а другая – просто съебала с субботника. Субботник в данном случае не газетно-хрестоматийное понятие, а просто – обслужить папу. Каждой точкой руководит мама, а всеми ими заправляет папа, и он любит собрать несколько подчинённых, чтоб несколько ему пальчики на ногах вылизывали, другие… да в общем, ничего особенного, просто пиздюлины, если чё не так, так и сыпятся.
Стоят они от штуки до полторы, конкретно эти – 1200. За каждого клиента им начисляется 25 грин, минус проживание, питание и штрафы. Проживание – вчетвером в однокомнатной квартире за 150$ и хуй знает где, без ТВ и холодильника, равно как даже и без постельного белья, так и спят на голых матрацах, укрывшись  пальтишками.
-    А вот бывают у вас девочки в чулках там типа, с поясом? – интересуюсь я.
-    А это уже дела клиента, - бойко объясняют они, - надо ему, пусть покупает.
-    А-а… Ну а потом он как – снимает и для следующей приберегает?
-    Да ты чё! – не врубаются они в юмор. – Это остаётся! Как это? Подарил – значит, оставляет, - делятся они со мной своими профессиональными проблемами.    
Та, что ехала к клиенту – даже бесплатно я при некоторых обстоятельствах постарался бы уклониться: стрижка эмансипэ. Зато вторая… тоже, правда, волосы едва ли до плеч, но хоть тёмные, и вообще в целом напоминает Атаманшу из мультфильма «Снежная королева», блатной говорок и по-детсадовски наивная, невзирая на профессию – прибаутки на уровне Филиных сверстников.
Пока первая пошла к клиенту выяснить – согласится ли он приютить вторую до утра хоть на кухне, я предложил:
-    А может, поедем ко мне?
-    Ну…
-    Да нет, в смысле только бесплатно, ну ты ж сама врубаешься – откуда у меня такие бабки. Просто надо тебе переночевать – поехали. Смотри, твой шанс.
-    Ну, начнутся там всякие миньеты…
-    Да ладно, что я, маньяк, что ли? Просто интересно поболтать с тобой. Ну приеду я щас и нажрусь один, а так хоть с живым человеком. Давай? А, Василина? (она сразу поправила меня, что именно Василина, а не Василиса).
Вторая герла принесла мне стольник за работу. «Вот кстати, - не смутился я, - сейчас водки купим».

К водке мы почти не прикоснулись. Хлопнули по рюмашке, я только начал было светскую беседу, как Василина – корневая, дикая, необузданная – перешла к делу.
И всю дорогу я не мог спрыгнуть с измены: не профессионализм ли это? Я ведь, сознаюсь, в моём возрасте так и не могу определить – кончает герла или имитирует. В юности я не подозревал о наличии такой проблемы, сейчас стал задумываться.
Но вообще я старался.
Она же… сосать, например, вообще не умеет – так старательно, сильно, истово это делает, что просто больно, и никак не объяснить ей, что полегче. И сама – что груди висят, это бывает, но складки на животе – это уже возраст, хотя всего 28 (с её слов). В общем, если вспомнить про 1200  - очередной королевский жираф. Колготы (что за мерзкое слово) на ней были, не чулки, уж всяко.
Ещё я то и дело давил внутренний хохот – как начинает вдруг вставлять, так вместо секса мне смешно, бывает у меня такое, и лично для неё ничего обидного в этом нет. Ну как представлю ситуацию – вот это персонаж! Как представлю, как расскажу Игору с его друзьями и Мерсами – сразу судороги и спазмы.
Мы даже почти и не говорили ни о чём – такой она оказалась активной. Ну а я всегда готов, если человек хороший (если так давно ни с кем не ебался).
Продолжалось это где-то с полуночи до утра, в 6 с первыми трамваями заснули, в 9 она уже подхватилась. Ну я что же – обещал отвезти домой, своё получил, динамить не научен. Героически собрался с силами. Везти в Сходню – чуть ли не обратно до Зелёнки.

А утро было чудным, солнечным – что-то везёт мне последнее время в Москве с такими нехарактерными для неё деньками. Сразу на бодряки пробило. Решил заехать по такому случаю – воскресенье (позже, сейчас лень искать записную книжку, вставлю точную дату) – в клуб, чтоб обновить им запас родниковой воды, по воскресеньям меньше пробок, хотя, как я позже выяснил, зато очередь на роднике больше.
И только поворачиваю с Лубянской площади – тормозит герла.
До Новогиреево полтинник, маловато и только что я там был, но герла так – весьма ничего. А времени куча, день только начинается.
С чего-то она явно прётся, сперва я думал – выпимши, позже она созналась – винтом втрескалась. По утряне – чего только не бывает.
Вела она себя довольно отвязно, и как-то так вышло, что у неё задралась юбка и показался край чулочков – вот это да! – она сразу поправила юбку, а я сказал: а стоит ли заморачиваться,  мне ведь так приятно видеть, когда девушки носят чулки и т.д. И в следующий раз, когда показался этот краешек, она не стала оправлять юбку, а я набрался смелости и  погладил эту влекущую полоску. Она – нормально. Я погладил смелее и, не встречая сопротивления, залез в итоге пальцем ей в пизду.
Представьте картину: летим сквозь Измайловский парк, она откинула спинку сиденья, раскинула ноги и движется навстречу моему пальцу. Стоим на повороте на шоссе Энтузиастов, кругом потенциальные зрители, а ей похуй, я приостановил свой палец, так она сама стала себя надрачивать и кончила, как раз когда зажёгся светофор.
Приехали мы ко мне на флэт и дальше надо было видеть – если я отдыхаю, она сама себя терзает, широко раздвинув ноги в чулках, кстати, трусики, которые я с неё снял, были пурпурными и состояли из сплетения тоненьких полосок, а лифчик её, который я не стал снимать, чтоб круче кайфовать, по цвету был идентичен пионерскому галстуку.
Часа через два так это уже меня заебало, что я одел её, как младенца, вывел на улицу и довёз до означенного ею в начале адреса. И такой гандон – даже не стал провожать до квартиры и тем более интересоваться телефоном, она попереминалась на месте, выйдя на тротуар, а я рванул прямо во двор, даже разворачиваться не стал, найду уж другой из двора выезд.
Диана… не придрочившиеся Лены-Светы-Иры… с её слов… сейчас, когда Галка снова уезжает, я даже жалею…

Ну всё – на этом пока примечательные знамения окончились, да и мало разве?
А с «Чайниками» я пока решил пребыть водовозом. Неля поручила мне отправить посылку с Киевского вокзала, как я ни мялся, денег вперёд мне так и не дали, а тут один пассажир, вроде по дороге, на Беговую, а дальше сразу ещё один, почти по дороге, в Кунцево (сперва я спрашиваю: сколько? И дальше уже ни в чём не сомневаюсь, сколько бы ни предложили), в общем, я как раз увидел хвост поезда, да и хуй с ним, днём раньше, днём позже, и так Неля по этому поводу на меня наехала, что я не показывался в клубе, пока сами не позвонили Филе – передай Филу, что вода кончается. Вот – это оптимально. К тому же я выяснил, что Неля принципиально не передаёт мне, когда мне звонят, «ты занимаешь служебный телефон!!!» (а их, между прочим, три, телефона-то, ладно бы единственный зажала), и сразу я въехал, что при Неле кого-то привести – ну, вы ж взрослые, вы врубаетесь? (это я, как пацан, заглючил). Кутузыч, употребив купленного им же вина, поведал мне, что сексом они уж и не помнит когда занимались… Дао…
Да я уж так и понял.


Примечание, понятия не имею, какое оно имеет отношение к вышесказанному, но почему-то захотелось добавить. Как я уже упоминал, во время извоза я слушаю последний альбом «Титаника», если везёт с пассажирами, то раз по 5 в день. Умножить на три месяца. И всегда мне слышалось «каждой норке дай по порке», я удивлялся, конечно, какой, оказывается, Лёля может быть, ну совершенно не верится, но кто её знает, почему бы и нет – вот так, получается, я в неё верю, что так расслышал. А Сева мне тут на днях расшифровывает – «по корке», оказывается!!! Как, всего лишь? – я даже не хочу ему верить. По какой ещё корке? То есть – просто в рифму чё попало и всё?
«А по какой такой порке?» – интересуется тогда Сева. Я вижу, что он действительно не врубается, и вынужден пояснить: ну, ты же знаешь – норки нараспашку. А «порке» – пороться, конечно же.
А может, и многие другие канонические тексты я точно так же слышу, как только мне расслышалось?
                                                                                                                      весна 2000